Ночное происшествие

Если бы Джельсомино вовремя вышел из бара, где он зацепился языками с приятелями и пропустил пару стаканчиков, ничего бы не случилось. Он бы пошел домой, поужинал бы со своей семьей, посмотрел еженедельное субботнее ток-шоу и лег бы спать. А так, парень засиделся допоздна и когда уже собрался уходить, времени на часах, висевших за спиной бармена было прилично. Он подумал, что в такой поздний час уместно проверить, всё ли в порядке с его грузовичком и заодно посмотреть, хорошо ли держатся ферматы, и потому Джельсомино не свернул на свою улицу, а пошел через площадь к машине, припаркованной рядом с церквушкой. Насвистывая под нос непонятный ему самому мотив и размышляя, не позвонить ли подружке, которую он подцепил на прошлой недели в ночном клубе, Джельсомино дошел до грузовика, обогнул его сзади, и…. замер. То, что он увидел, встревожило, озадачило и напугало его — правый засов на борту кузова был погнут… Джельсомино вернулся к кабине — стекло со стороны водителя было разбито. Джельсомино словно окатили ледяной водой, в голове у него загудело и во рту пересохло: кто-то пытался украсть его почти новый грузовичок, за который Джельсомино закончил платить совсем недавно и покупка которого повлекла за собой невероятную экономию. Год невероятной экономии! Джельсомино был парнем незлобным, но несправедливость его сердила. Поэтому он в сердцах ударил кулаком по стоящему рядом фонарному столбу, застонал от боли, сжавшись в три погибели, долго не мог отдышаться, но наконец собрался с силами и побежал к карабинерам. Те сидели у себя в участке, смотрели матч и шумно обсуждали идущую игру.
«Синьоры, буона сера. У меня приключилось несчастье, кто-то пытался украсть мою кормилицу. То есть, мой грузовик. Ну вы понимаете, это мой конь, который меня кормит. То есть, моя железная машина. То есть, мой железный конь, да! И мою мать, и отца, и сестру, будь она неладна, помоги мне Мадонна найти ей мужа»!
Джельсомино продолжал горячо рассказывать о беде еще какое-то время, пока не заметил, что его никто не слушает. Тогда он тронул за плечо одного из парней в форме, сидевшего к нему ближе остальных. Тот недовольно дернулся и, не поворачиваю от экрана телевизора голову, произнес: «Парень, приходи в понедельник, напишешь заявление. На сегодня мы закончили нашу работу. Ступай, любезный».
Джельсомино огорчил такой прием… Как же так? Он пришел со своей бедой к этим ублюдкам (между прочим он исправно платит налоги, не считая тех трех раз, когда приятель бухгалтер представлял его доходы в несколько преуменьшенном свете), а они даже не удостоили его вниманием, не говоря уж о поимке преступников…
В глубокой печали Джельсомино покинул участок и поплелся к себе домой. Все уже спали, поговорить о случившемся было не с кем, он тяжело вздохнул, и раздевшись до трусов, лег в кровать.
Сон не шел. Джельсомино ворочался в постели с боку на бок, взбивал подушку, садился, снова ложился. Прошел час.
«А если они вернутся»?! — Джельсомино пробрало от этой мысли, он вскочил с постели и быстро оделся. Пошел в большую комнату, снял со стены ружье, с которым ходил на охоту, с ним в руке проследовал в чулан, достал из коробки патроны, зарядил ружье и уж было собрался выходить, но вернулся обратно, залез на табурет и взял с верхней полки отцовский пистолет. Проверив заряжен ли он, сунул пистолет в задний карман джинс и вышел на улицу. План поимки воров был прост: Джельсомино заберется в грузовик, спрячется за стоящей в нем бочкой и будет ждать. Как только появятся грабители, он их припугнет выстрелом и вызовет полицию.
Дойдя до площади Джельсомино остановился в тени у аптеки, огляделся по сторонам и, стараясь не выходить на освещенные участки, добрался до своей машины. Прилагая все усилия чтобы не шуметь он залез в кузов и затаился в уголке. Вскоре, его внимание привлекла машина, медленно ехавшая по кромке, у самого тротуара. Подозрения Джельсомино обрели почву, когда он осознал, что фары у приближающейся машины выключены!

                               *******

Дела шли из рук вон. Марио давно заметил, что его жена Мария ведет себя как-то странно — перестала с ним ругаться, бреет ноги, пересаливает пасту и часто видится с подругами. Изменяет! Чтобы убедиться в этом оставалось только проследить за супругой. В субботу вечером Марио, сказавшись больным, не пошёл с Марией гулять по центру. Когда жена собралась и вышла из дома, Марио, уже одетый, выскочил из кровати, открыл входную дверь, огляделся по сторонам и тихонько побежал по тропинке к машине, припаркованной на углу. Добравшись до своей малышки, он огляделся по сторонам, увидел вдали зыбкий силуэт супруги, сел за руль, завел машину и медленно поехал за женой. Стараясь не привлекать внимание он ехал на приличном расстоянии, надвинув на глаза кепку и надев впридачу темные очки. Он не сразу обратил внимание на доносящейся из кармана куртки характерный звонок телефона — то была жена. Марио охватила паника — его заметили! Он остановил машину (неожиданно для синьора ехавшего за ним, который едва не врезался в него сзади, но вовремя ударил по тормозам и уже объезжая его открыл окно и заорал: «Ты, придурок, научись водить»!
Марио отупело смотрел на свой телефон — жена звонить перестала… Переведя дух, он сам набрал ей и ослабевшим голосом произнес: «Аморе»….
«Аморе, тебе лучше? Может ты все-таки пойдешь с нами в кино? Мартина спрашивает о тебе»…
«Нет, аморе, мне так нехорошо, так нехорошо»!
«Хочешь, я вернусь домой»?
«Нет-нет, отдыхай, развлекайся, я посплю и мне станет легче. Целую тебя» — Марио нажал на отбой и с облегчением выдохнул — его не заметили. Можно продолжить слежку.
Беда была в том, что он потерял Марию из виду, пока говорил с ней. Марио засуетился, начал кружить по близлежащим улицам, доехал до кинотеатра — жена стояла перед входом со своей подругой Мартиной и каким-то парнем: «Вот оно», — подумал Марио и вцепился в руль.
Все трое постояли еще немного и зашли внутрь кинотеатра…
«Подожду их здесь», подумал «детектив» Марио и устроился поудобнее в кресле. Он был так напряжен и измучен, что незаметно для себя заснул и проснулся когда стемнело и из распахнутых дверей выходили зрители. Среди них не было видно Марии. Марио заволновался — надо же было так глупо упустить ее из виду! Что делать?! Он решил поехать к дому Мартины на площади и проверить, там ли жена. Чтобы его машину никто не узнал, Марио предусмотрительно выключил фары.

                            *********

Джельсомино держал тачку воров на прицеле. Едва машина остановилась, он выстрелил: бабах! Вспышка, развороченный капот и языки пламени. Из машины выбрался парень. «Значит был один вор», — подумал Джельсомино и крикнул:
«Стой, иначе буду стрелять, стой, кому говорю! Подними руки, не двигаться, а то ты покойник»!
Держа ружье в правой руке Джельсомино левой достал мобильник и позвонил в полицию: «Я поймал вора, на площади, держу его на мушке»!
Карабинеры прибыли через пару минут, зачем-то отняли у Джельсомино ружье, одели наручники и, несмотря на его протесты, засунули на заднее сидение полицейской машины. И потом начали допрашивать парня из машины.
«Правильно, допросите его, пусть скажет, как он хотел угнать мой грузовик» — начал было говорить Джельсомино
«Заткнись, парень, сейчас сержант и тебя допросит» — обрезал его один из карабинеров.
Лежать с задранными руками и чужой коленкой на пояснице было крайне неудобно:
«Убери ногу с моей спины, мне больно — взмолился Джельсомино одному из карабинеров, оставшемуся с ним.
«Чего тебе больно»? – недоумевающе спросил тот.
«Ты мне сейчас сделаешь дырку в заднице, там пистолет».
«Ах, черт» – закричал полицейский, выхватил пистолет из штанов Джельсомино и в сердцах выругался.
Суд приговорил Джельсомино к уплате штрафа за испорченную машину. «Машина этого синьора, будь неладна вся его семья, и новой не стоила таких денег» – закричал Джельсомино судье, после чего был оштрафован еще и за проявление неуважения к суду. Вот так. Теперь ему предстоял еще один год невероятной экономии. Утешением служил сумасшедший успех его истории о том ночном происшествии. Каждый раз приходя в бар Джельсомино садился, брал кружку пива и положив ногу на ногу рассказывал в лицах, добавляя новые детали ребятам о том, как он хотел поймать вора, а вместо этого спас от поимки на месте преступления чужую жену. «Так ему и надо, этому ослу, вообразил себя Лейтенантом Коломбо. Я бы его научил, как надо следить, да что с дураками связываться» – усмехаясь говорил Джельсомино, ободренный хохотом доносившимся со всех сторон.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s